159 просмотров

Русскiй паломникъ

   Журналы РУССКИЙ ПАЛОМНИК

rp1912str

В последние годы среди православных СМИ появилось множество изданий, предназначенных не только для церковной аудитории, но и для светского читателя. Сегодня существуют православные журналы для разных сегментов аудитории: женской, молодежной, семейной, интеллигенции и т.д. Всех их объединяют похожие цели и задачи, в основе которых лежит стремление удовлет-
ворить потребность общества в духовном просвещении и миссионерской проповеди. Духовность несет в себе идеалы и ценности добра и нравственности, без которых не может существовать общество, человечество и даже наука.

Наше современное общество тяготеет к христианской культуре, но суть христианства для многих современников так и остается непознанной. В какой-то степени мы находимся в положении, похожем на ситуацию столетней давности, когда просвещенное общество, т.е. значительная часть интеллигенции по собственной воле отошла от «света православия» и оставалась непросвещенной, а народные массы, исповедовавшие православные устои, были неграмотными. Тогда была высока роль христианской проповеди, не последняя роль в этом принадлежала духовным изданиям, в том числе журналам, обращенным к широкой аудитории.

Классический пример духовно-просветительского журнала — еженедельный иллюстрированный журнал «Русский паломник» (1885-1917), просветительский опыт которого мало изучен исследователями.
Первым его издателем и редактором являлся публицист А. И. Поповицкий (1826-1904 гг.), который начал выпускать журнал с 1885 года. С 1896 года издание перешло в собственность известного книгоиздателя П. П. Сойкина (1862-1938 гг.), который оставил прежнюю редакцию журнала.

История сохранила случай, связанный с появлением названия журнала. Однажды Александр Иванович Поповицкий увидел на улице странников — богомольцев, ходивших пешком по святым местам. В тени развесистого дуба стояли трое крестьян в длиннополых зипунах, с котомками на плечах и посохами в руках. Александр Иванович сказал своему сыну: «Вот для них-то я и хочу издавать журнал». Они вдохновили издателя не только своим внешним видом, но и тем, как сами себя назвали: «Мы, барин, русские паломники…». После этой встречи в мае 1885 года Поповицкий уже точно знал, как назовет свой журнал. Русские паломники, странники, сами были для людей источниками информации — о Боге, о святых обителях, о других землях. Они, как мы считаем, стали собирательным образом для просветительского журнала, несущего слово Божие. Разумеется, журнал предназначался для грамотного читателя, интересующегося вопросами православной веры. Среди читателей были представители и интеллигенции, и учащихся, и духовенства, и прихожане храмов. Но в то же время читателями журнала могли быть и «русские паломники», малограмотные, крестьяне, которые в каждом номере журнала открывали окно в культурный мир, черпали какие-то знания, а потом делились ими. Для таких читателей источником знаний в журнале являлись многочисленные иллюстрации (например, цикл «Библия в картинках).

К 1885 году в России уже издавались журналы духовно-религиозного содержания («Христианское чтение», «Православный собеседник», «Странник», и др.). Идея «Русского паломника» отличалась от всех существовавших ранее подобных изданий: это был православный иллюстрированный журнал для «религиознонравственного чтения». Духовное содержание журнала соседствовало с иллюстрациями, которые, занимая почти одну треть от общего годового содержания, являлись гармоничным продолжением текста. Кроме того, обилие иллюстраций выгодно выделяло журнал на общем фоне, что приносило изданию популярность, а следовательно обеспечивало коммерческую выгоду.

Иллюстрации не только дополняли обильный текстовый материал, но и где-то заменяли его, занимая достаточно большую площадь. Наши наблюдения показали: с годами в журнале усиливалась тенденция к росту числа иллюстративных материалов. Например, в 1886 году обычно печаталось по 3 иллюстрации в 16-ти страничном номере, а уже в 1906 году в каждом номере появлялось 4-5 иллюстраций.

В составе редколлегии журнала числился известный пастырь отец Иоанн Кронштадтский, по благословлению которого было начато издание . На страницах журнала можно было нередко встретить его заметки под заголовком «Из дневника протоиерея Иоанна Ильича Сергиева». Эти заметки представляют собой па-
стырские душеспасительные наставления. Сам отец Иоанн так говорил о них: «Да наполнится книга сия, как и первые, прежде написанные книги, разными душеспасительными статейками; да напишутся они легко, кратко, просто, светло, сильно, духовно, во спасение душ человеческих и во исполнение долга учительства, на мне лежащего: ибо мне надлежит благо-вествовать, и горе мне, если не благовествую. Да будет же слово мое и проповедь моя не в препретельных человеческой премудрости словесех, но в явлениях Духа и силы. Малое многим да изглаголю. Аминь».
Такими словами известный православный пастырь, которого современники называли не иначе как «Дорогой Батюшка», начал цикл заметок в новом 1892 году. В данном тезисе заключается вся программа заметок отца Иоанна. Его любили и уважали, к его словам прислушивались тысячи, его уже знали по всей России, и журнал являлся своеобразным амвоном, с которого он нес проповедь о Христе и о жизни во Христе. Можем представить, какой популярностью пользовалось издание с проповедями Кронштадтского батюшки!

О личности отца Иоанна Кронштадского написано достаточно много. В очерке В.Дорошевича «О. Иоанн Конштадтский», написанном по смерти священника в 1908 году, показан прекрасный образ «пастыря доброго», каковым являлся отец Иоанн.

Первая часть художественно-публицистического очерка посвящена созданию типического образа некоего иеромонаха Захарии, духовника на арестантском пароходе. С помощью коротких фраз отца Захарии, услышанных и подмеченных автором, мы ясно видим кроткого, как голубь, батюшку, глазами которого «на мир смотрел ребенок»: «Сирота с детства, он вырос в монастыре, под звон колоколов, в дыму ладана, при свете лампады и восковых свечей. Рос за литургиями, вечерними бесконечными монастырскими всенощными бдениями и утренями. Две трети своего существования провел в храме. Вырос и возмужал, с молитвой стоя пред лицом Господа» — все эти детали соответствуют биографии О. Иоанна. Каждого, с кем общался, он любил, будучи твердо уверен, что каждый человек — образ Божий. Он жалел тех, кто не был просвещен христианством, об этом говорят наблюдения за героем во время стоянки парохода в портах Южной Азии: «Какие миллионы погибают, не зная света истины. Люди тоже. А обречены жить и умереть, как псы. Ужасно-с!». Он мог «летать по палубе» от радости, если вдруг горький грешник принесет покаяние, и мог горько рыдать, если видел, как человек отвергает от себя благодать Святого Духа. Ежесекундно он памятовал о Боге, преображался духом, произнося возглас «Слава Тебе, показавшему нам Свет!» и завидовал — христианским мученикам. Автор четко подмечает и мягкость, и «деткость», и наивность батюшки, на котором исполнились слова Христа «Будьте как дети» (Мф.18:3). И в то же время мы видим твердого в вере священника, способного ради Господа даже пойти и на смерть: «В жизни он не видел ничего и желал этой невинной жизни жестокого и ужасного конца», т.е. мечтал о мученическом уделе, — говорит автор.

В образе отца Захарии автор рассказывает нам об отце Иоанне Кронштадтском. О нем во второй части очерка автор говорит уже прямо: «Скромный «батюшка», даже внешностью похожий на «раннего священника», скромный, любящий, кроткий и верующий, верующий той верой, которая «горами двигает». Когда он молился у постели тяжелобольного, — казалось, что он видит Бога. Казалось, что исполняется заповедь: Блаженны чистые сердцем, яко тии Бога узрят!».

Отец Иоанн избрал путь миссионерства среди безбожного, отступившего, забывшего Бога мира. Он стал светильником Света для всех людей, которые встречались ему: от опустившихся пьяниц до царственных особ. Известно, что отец Иоанн присутствовал у одра
умирающего императора Александра III, который просил его: «Когда вы держите руки свои на моей голове, я чувствую большое облегчение, а когда отнимаете, очень страдаю, не отнимайте их».

При том, что отец Иоанн и сам указывает на назидательно-учительскую миссию своих заметок в журнале «Русский паломник», мы не находим в них ни капли пафоса, нет там и красивых, но безжизненных слов. Слова отца Иоанна Кронштадтского основаны на реальном опыте веры, они наполнены благодатью Святого Духа, потому вдохновляли и продолжают вдохновлять читателей, тем самым они не утратили своей актуальности. Автор поднимает «вечные» темы: человеческое мнение и человеческая слава, промысел Божий, он как бы раздумывает вместе с читателем о значении молитвы для сердца человека, о земном попечении и скорбях, об искушениях в великие праздники, о мирном духе и т.п. Например, в заметке о мирном духе, отец Иоанн берет в пример конкретную ситуацию, знакомую любому читателю: «Не садись за стол с возмущенным какой-либо страстью духом, чтобы враг не обратил тебе во вред пищу и питие, в болезнь, а не в здравие» [6, с.34]. А вот как наставляет он в слове о любви к ближнему: «При столкновении и обращении с людьми, содержи в сердце слово: «люби», и, внимая ему, беседуй со всеми с любовью и благорасположением сердца. Разумеется, эту любовь надо носить в сердце не отдельно, не самому по себе, но вместе с сердечною верою в Господа Иисуса Христа». Слова батюшки просты и понятны даже для простого обывателя, они являются «инструкцией», с помощью которой читатель сможет по-христиански строить свою жизнь. В том, что слова этого священника являются действительно истинным руководством для познания сути христианской жизни, нет сомнений
— святой праведный Иоанн Кронштадтский прославлен в лике святых угодников. Таким образом, миссионерская сущность журнала еще более усиливалась, когда на страницах появлялись публикации священника-миссионера, каковым являлся отец Иоанн Кронштадтский.

Среди авторов журнала выступали и другие священники, писатели, публицисты; журнал допускал даже перепечатку из других изданий, если статьи являлись носителями важной информации или соответствовали духовному настрою «Русского паломника». Кроме того, печатались отрывки из художественных произведений, творений Святых Отцов, Священного писания.

Журнал имел постоянные рубрики: жития святых и биографии; повести, рассказы, стихотворения; путешествия по святым местам и описания православных святынь (паломнические очерки); церковно-исторические и этнографические очерки и рассказы; православное вероучение и нравоучение (творения Святых Отцов, Священное Писание); очерки церковной науки и искусства; еженедельная летопись.

В журнале присутствовали различные жанры: художественные (стихотворения, рассказы, отрывки из повестей), художественно-публицистические (очерки), информационные (обзор, информация, отчет).

Почти в каждом номере публиковались рассказы о путешествиях по святым местам — паломнические очерки, что соответствовало программе издания. Путевой паломнический очерк обычно рассказывает о путешествии на святое место, т.е. о паломничестве. В произведениях данного типа мы встречаемся не с отдельным фактом, а с целой цепочкой событий, явлений, портретов героев, процессов, ситуаций. В паломническом очерке описание является не простым перечислением увиденных и пережитых фактов, а их анализом в свете православного христианского учения, тем самым выполняется задача миссионерской проповеди.

Для паломнического очерка характерно специфическое чередование картин явлений, исторических экскурсов, зарисовок, бесед, раздумий, анализа, что составляет основу произведения. Главная особенность в описании предмета повествования заключается в том, что все эти разного вида информационные сообщения (исторические, культурные, просветительские) находятся в тесном взаимодействии друг с другом, и в целом они обязательно несут более глубокий духовный смысл, который заставляет читателя задуматься о вечном. В них, наряду с фактами и описанием, ярко выраженное авторское «я» рассказывает о личном духовном паломничестве и о переживаемых при этом чувствах, как, например, в «Очерках Царьграда» Е.Маркова в №37 от 1886 г.

На страницах журнала много места отводилось отчетам о православной русской миссии в Палестине и в других странах. Кроме того, публиковались очерки о других вероисповеданиях, что помогало аудитории знакомиться с религиозной культурой разных народов. Интерес представляли собой миссионерские публикации об обращении в христианство людей другого вероисповедания. Эти публикации печатались обычно в жанре рассказа от первого лица.

Язык публикаций не был отягощен малопонятными церковными терминами, но при этом сохранял необходимую смысловую наполненность. В связи с тем, что тексты на страницах журнала нередко принадлежали перу писателей, можно отметить и особую красоту слова как особенность издания.

Журнал издавался в формате, близком к современному А4. В первые годы издания иллюстраций было немного, размер шрифта — мелкий. В последующие годы увеличилось не только количество иллюстраций, но и шрифт, который стал крупнее и более читабельным. Мы связываем эти изменения с задачами по выходу на массового читателя, что соответствует и просветительско-миссионерской сущности журнала, а также делало его более коммерчески выгодным.

Наше предположение подтверждается и тем, что с годами рубрика «Объявления», печатающаяся вначале на последней странице, не только стала постоянным атрибутом каждого номера, но и даже иногда занимала 2 страницы. Причем объявления были самыми разными: от тематических (выход православной книги и т.п.) до абсолютно не связанных с вопросами религии («пишущая машинка», «семена», «эссенция» и т.п.). Такие объявления являются косвенным подтверждением выхода на массовую аудиторию.

Распространение журнала происходило по подписке на год, полгода, на месяц. Практиковалась оплата подписки в рассрочку. В конце года подписчики получали «премии» — отпечатанные красками иллюстрации: картины, копии икон и т.п. Читатели могли также приобретать годовые подшивки журнала, сброшюрованные в виде книги, а также различные репродукции.

Итак, дореволюционный журнал «Русский паломник» выполнял следующие функции: являлся площадкой для духовной проповеди священнослужителей; содержание материалов журнала помогало читателю в выборе мировоззренческих и нравственных ориентиров; повышение уровня знаний относительно вопросов веры, православной и русской культуры, истории, психологии, общественных отношений и др.; дополнение текста с помощью художественных образов, рассказывающих аудитории о православии.

Таким образом, издание решало духовно-нравственные и просветительские задачи, данную программу демонстрирует и визуальный ряд: на заглавной виньетке журнала можно видеть паломника, направляющегося к святой обители, т. е. журнал как бы стал для своих читателей «странником», «русским паломником», несущим слово Божие в своих публикациях и в иллюстративных образах.

Потребность в подобном вестнике не угасла и сегодня. Подтверждение тому — появление православных просветительских журналов для массовой аудитории.

Русские паломники XIX века.
We cannot display this gallery
Опубликовано в О журналах